Главная » Статьи » Воспоминания и очерки о Л.И.Брежневе

ЛЮДИ И РАКЕТЫ
   

ЛЮДИ И РАКЕТЫ


Неофициальная хроника советско-американских
переговоров о разоружении


 
    

История дипломатических отношений двух ядерных сверхдержав насыщена не только драматическими, но и анекдотическими ситуациями. Эти обстоятельства не предназначались для широкой общественности, которая созерцала по телевизору стандартный протокол подписания договоров, состоящий из официальных речей, обмена папками с текстами соглашений и дикторского комментария с непременным упоминанием скороговоркой «других официальных лиц», присутствовавших на историческом мероприятии. Именно эти самые «лица», бывшие рабочими лошадками переговорного процесса, сохранили для нас занимательные обстоятельства и красочные детали теперь уже давних и слегка поблекших в памяти событий.
      

Все, что вы прочтете ниже, - на совести самих рассказчиков. Редакция YSR просит адресовать все претензии и вопросы к авторам историй.
Марк Виницкий


КАТЕР, АВТОМОБИЛЬ, ТОРТ И ЖЕНА-ЛУНАТИК


Конец 60-х годов. СССР и США в стремительных темпах наращивали количество баллистических ракет, нацеленных друг на друга. Удержать мир от начала новой войны могло лишь волевое политическое решение руководства двух стран о начале процесса примирения. Ключевым в этом отношении стал визит президента Ричарда Никсона в Москву и подписание Договора по противоракетной обороне.
Инициатором визита в СССР стал сам Никсон. Подготовка поездки началась еще в 1971 году и велась помощником президента США Генри Киссинджером в обход американского дипломатического ведомства. Дело в том, что советскому руководству совсем не импонировала встреча с Никсоном, в то время как США бомбили Вьетнам. Поэтому переговоры на уровне посольств могли зайти в тупик. Американский посол не знал о пребывании Киссинджера в Москве вплоть до последнего дня, когда помощник президента пожелал переговорить с послом.
Переговоры делегаций СССР и США проодолжались три года и шли тяжело. Наконец, текст договора был как будто согласован, и участники на американском самолете вылетели в Москву, везя с собой результат трехлетних трудов - Договор по ПРО и Временное соглашение по ОСВ. Этим вечером их должны были подписать в Кремле Леонид Ильич Брежнев и Ричард Милхауз Никсон.

Рассказывает дипломат Олег Гриневский


В самолете праздновали победу, а мы с Гартхоффом (американским дипломатом - Прим. составителя) сидели в сторонке и продолжали сверку текстов. И не зря - при подлете к Москве обнаружили ряд неточностей в английских текстах. Это были не принципиальные расхождения, но, тем не менее, в таком виде текст договора нельзя было подписывать.
Трагедии тут особой не было. В багажном отделении везли пишущую машинку с английским шрифтом. Прямо из Внуково мы с Гартхоффом и пишущей машинкой устремились в МИД, преодолели не без труда сопротивление охраны и в моем кабинете 1003 на десятом этаже смоленской высотки начали правку. Время брало нас за горло. Было уже после 6 вечера, а на 9 часов в Кремле назначена церемония подписания.
Тут-то и началось. Еще из Внуково Гартхофф позвонил в посольство США и попросил прислать машинистку. Но она почему-то в МИДе не появилась. (Позднее выяснилось, что произошла путаница, и она вместо МИДа поехала в резиденцию посла Спасо-хаус и ждала нас там.) Решили ее не ждать, а печатать самим. И тут первое препятствие: вилка электрического шнура английской пишущей машинки к советской розетке не подходит. А переходника нет. Пытаюсь спасти положение, хватаю металлические скрепки и делаю из них нечто похожее на вилку. Вставляем в сеть. Пах! - раздается хлопок в машинке, и она перегорает. Разный вольтаж - в Европе 110, а у нас 220 вольт.
Что делать? Пытаемся раздобыть английскую пишущую машинку. Время идет. Рабочий день давно кончился, и никого нет ни в МИДе, ни в посольстве. Церемония подписания переносится на 11 часов. Но тексты все равно не готовы.
- Рей, - говорю я Гархоффу, - церемонию подписания договоров срывать нельзя. Пусть они будут подписаны в нынешнем виде. Но поскольку правка касается английского текста, завтра утром ты объяснишь своему президенту, что в документ вкрались неточности, и пусть он переподпишет другой, уже исправленный текст. Принесешь этот текст мне, а я берусь подписать его у Брежнева. И все будет о`кей. Другого выхода у нас нет.
Так и сделали. В 11 часов в Кремле Брежнев и Никсон торжественно подписали Договор по ПРО и Соглашение ОСВ-1. Стрекотали камеры, пили шампанское, но оба лидера не знали, да и вообще в этом зале мало кто знал, что подписали они не те документы.
Но на следующий день Никсону объяснили. Говорят, что он поворчал, но переподписал. А с Брежневым проблем не было - он сразу же поставил свою подпись. Итогами переговоров генсек был доволен...
В целом Никсону в Москве был оказан радушный прием, превосходивший все обычные нормы советского государственного протокола. Американского президента поселили в Кремле, что считалось исключительным случаем и особой честью для иностранного гостя. Однако, боясь прослушивания, советоваться по текущим вопросам со своими помощниками Никсон предпочитал в звуконепроницаемом лимузине, который всегда располагался на территории Кремля.
Не обошлось и без обмена подарками: Брежнев подарил Никсону катер на подводных крыльях, а Никсон – автомобиль. Киссинджеру, чей день рождения приходился как раз на время визита, кремлевские кондитеры изготовили большой торт.
Во время пребывания Никсона в Кремле произошел мистический случай. Необычайность происшествия усугублялась еще и высоким рангом его участников.

Рассказывает личный и многолетний охранник
 Л.И.Брежнева В.Медведев


Ближе к ночи Леонид Ильич вернулся после беседы и ужина с Никсоном и, закончив вечерний туалет, лег спать в их совместной резиденции. Я остался дежурить у дверей его спальни. Покои Ричарда Никсона находились почти напротив, там, где дежурили, прохаживаясь по коридору, два американских охранника. Ночью, часа в два-три, дверь из спальни Никсона распахнулась, и на пороге появилась жена президента США - Патриция! Американская охрана где-то прогуливалась. Патриция в длинной ночной рубашке, босиком, двинулась в сторону спальни Леонида Ильича. Руки у нее были вытянуты вперед, словно она шла в темноте и боялась на что-то натолкнуться. Я шагнул навстречу и увидел, что взгляд ее устремлен куда-то вверх. На мои попытки заговорить она не отвечала и двигалась прямо вперед, прямо на меня. Я остановил ее, какое-то время мы стояли друг против друга. Развернуть ее обратно я не смог.
Пришлось поднять Патрицию на руки и отнести ее в спальню. Там горел неяркий ночной светильник, прямо посреди комнаты стояла кровать. Одеяло валялось на полу. Никсона не было. Я подошел к кровати слева, чтобы удобно уложить жену президента - головой на подушку. Она произнесла что-то невнятное, я очень осторожно положил ее, поднял с пола одеяло и накрыл ее, все время ласково уговаривая заснуть. И она действительно закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон. Я на цыпочках вышел. Американская охрана уже бежала ко мне по коридору.

КАКОЙ ТЫ, К ЛЕШЕМУ, ПОСОЛ?


Рассказывает полковник Службы внешней разведки в отставке, писатель Игорь Дамаскин.

В Вену Брежнев прилетел летом 1979 г., чтобы подписать с президентом США Джеймсом Картером договор ОСВ-2 об ограничении стратегических вооружений. Поскольку речь шла об охране самого генерального секретаря, девятое управление КГБ, отвечавшее за безопасность руководителей СССР, приехало в Австрию чуть ли не в полном составе. Точно так же и ФБР. На ноги были также поставлены и австрийские спецслужбы и даже спецслужбы сопредельных стран: Венгрии, Чехословакии…
Приехав из аэропорта и умывшись, Брежнев вызвал к себе посла и сказал ему: «Я здесь в первый и, может быть, в последний раз и хочу посмотреть город, про который столько слышал. Вы садитесь в первую машину, а мы поедем за вами».
Посол, как человек дисциплинированный, побежал садиться в первую машину, Брежнев сел в свою. А я наблюдал за тем, как они отправлялись. Удивило меня то, что, как только Брежнев сел, его шофер тут же закурил. Все мы «местные» - сотрудники посольства - поразились этому. Но «москвичи», приехавшие с генсеком, объяснили, что врачи запретили Леониду Ильичу курить, так он, чтобы хоть понюхать табачный дым, сам заставлял шофера курить.
С послом же получилась накладка. Только он собрался сесть в первую машину, охранники его останавливают и спрашивают: «Вы кто такой?». Тот говорит: «Я посол». - «Ах, вы посол, так ваше место в машине номер двадцать три». - «Так мне же Брежнев приказал дорогу показывать». - «Мы ничего не знаем, нам таких приказов не поступало, а дорогу и без вас найдут».
Ну, посол пожал плечами, сел куда приказано, и вся эта кавалькада тронулась. В первой машине ехали охранники, которые в Вене тоже были в первый раз, шоферы тоже были московские, сделали они круг по близлежащим улицам, никаких венских «красот» не увидели и вернулись в посольство. Брежнев был страшно разозлен: «Какой ты к лешему посол, если не смог настоять на своем и сесть в машину, в которую тебе приказано было!». Но потом другие заботы, а главное - склероз, его отвлекли, и для посла все закончилось благополучно.
 
Категория: Воспоминания и очерки о Л.И.Брежневе | Добавил: Uran-238 (19.03.2013)
Просмотров: 437 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]